Тридцать лет и три года
Александр Кабанов Тридцать лет и три года христос давал интервью дудю, старожилы гадали: это к засухе или к дождю, оказалось – к войне, резне и ракетным пускам, далеко от распятия, но ближе к эху, потом, к гвоздю, оказалось – христос хорошо говорит на русском. И продолжил он, заводной, как ядрёна вошь, и никак его не забанишь и не заткнёшь, больше в нём гордыни, чем святости и таланта, он взошёл на холм, вытирая с ладоней слизь, и вокруг него украинские беженцы собрались – слушать сына божьего на языке оккупанта. И христос говорил: что спасения больше нет, время кончилось, как состраданье и вера в свет, что отныне, он – сын и дух, и отец в законе, и омега и альфа сменились на ви и зет у него на спине, на багровом, как снег хитоне. Время кончилось, хейт и сенсацию не раздуть, и сквозь трещины в небе на землю хлынула жуть, чтоб хватать людей, которые не пригнулись, я смотрел, как в сторонке молился и плакал дудь, и к нему российские беженцы подтянулись. И смешалось всё, превратилось в о...